You Know Who I Am

        На Покров познакомился с одним американцем испанского происхождения. В юности он участвовал в Манхэттенском проекте. Авиационный инженер, непосредственно участвовал в создании атомной бомбы. Сначала была Тринити, потом «Малыш», «Толстяк». И каждый взрыв они отмечали шампанским, поздравляли друг друга. В 51-м,  в Корее оказался в одной мерзкой деревушке, и был единственным из мясников кто  хоть что-то понимал в медицине. Он помог одной беременной кореянке. Роды проходили с осложнением, но он справился, и вытащил её и её тройню с того света. Два мальчика и девочка. А через два месяца – из-за этой кореянки он попал в плен, и 7 лет просидел в зиндане. Семь бесконечных лет, наедине сам с собой. В вонючей яме. Семь лет как один день.
        В 58-м уже в штатах. Перебивался кое-как, религиозные секты, алкоголизм, клиники. А в 71-м приходит письмо, а потом приезжает один из двух братьев, что родила та кореянка. Он один и выжил. Вскоре после пленения, всю деревню подчистую вырезали. Бабка же спасла ребенка, а как он вырос,  рассказала историю его рождения. И вот вроде он ему как отец родной, а зовут его Ханыль, что означает небо.
        Дальше взял себя в руки. Устроился инженером в Локхид Мартин. В 80-м аэрокосмическое подразделение Локхид Мартин Аэронавтикс. Работал в проекте по созданию телескопа Хаббл. Разрабатывал шатлл «Дискавери» для его запуска.
        Две жены, два развода, пятеро детей, да ещё этот кореец.  После Локхида – немного преподавал, консультировал в области космонавтики. Так оказался в Москве. Здесь познакомился с Зоей. С ней до сих пор и живет.
       И вот сидим мы у него в гостиной, в его квартире на Остоженке. Пьем вискарь. За окном валит первый снег. И я спрашиваю его. Хесус, скажи мне ответ на главный вопрос? Я вижу, как оживает его 90-летнее, иссеченное морщинами лицо. Он затягивается сигарой, закатывается в припадке безудержного смеха,  и расплескивая виски, показывает мне на Маламута, свернувшегося у его ног.  Я опускаю глаза и вижу этот взгляд. Я вижу, как Маламут смеется надо мной.

...испытывая нестерпимый голод, ели то, чего не выносит сама природа, — плоть и человеческие экскременты, как наших людей, так и индейца, выкопанного некоторыми из могилы, в которой труп был похоронен три дня назад, и целиком с жадностью его пожирали; другие, кто еще не был настолько обессилен, по сравнению с теми, кого уже изъел голод, лежали в ожидании, угрожая убить и съесть последних; один из таких людей умертвил свою жену, пока та спала у него на груди, разрезал ее на куски, засолил мясо и питался, пока не сожрал все части ее тела, сохранив лишь голову...

Мы утверждаем, что в эти двенадцать лет правления сэра Томаса Смита колония по большей части пребывала в великой нужде и страданиях под гнетом самых суровых и жестоких законов. ...Довольствие в эти времена составляло лишь восемь унций мяса на человека в день да полпинты гороха... заплесневелого, гнилого, полного паутины и личинок мух, тошнотворного для человека и негодного для тварей, что и заставило многих бежать за помощью к враждебным дикарям, за что все были подвергнуты убиению повешеньем, расстрелом и колесованием... а одному из них за кражу двух или трех пинт овсяной муки проткнули шилом язык и привязали цепями к дереву, пока он не умер от голода...

Протоколы палаты депутатов Виргинии, 1619 г.

Black:  Глубоко въевшиеся пятна грязи; запачканный, замаранный, грязный; имеющий темные или смертельно опасные цели, зловредный; относящийся к смерти или подразумевающий смерть, смертоносный; губительный, бедственный, злополучный; бесчестный, несправедливый, ужасный, ужасно порочный; относящийся к бесчестью, осуждению, ответственности в форме наказания и т. п.».

Оксфордский словарь английского языка, 1600 г.